ГлавнаяСказки наших читателейКонкурсыБиографии сказочниковСтатьи

Сказка Шах Барбарис-Идрис, его визири и шамаханская царица Кудира

Назад в список сказок

Сказка Шах Барбарис-Идрис, его визири и шамаханская царица Кудира (09 июня 2016 / Гомзяков Евгений )

14 голосов / 877 просмотров

         Сказка Шах Барбарис-Идрис, его визири и шамаханская царица Кудира.

 

  Главный визирь  маленького государства Арабия  Абруций долго  обдумывал свой коварный план по захвату власти в свои руки. Я хочу стать шахом, наиглавнейшим в стране Арабии, но шах Барбарис-Идрис   не хочет, чтобы я стал шахом. Об этом не стоит даже спрашивать его, всё ясно как день. Кто это тебе добровольно отдаст бразды правления государством: только разве, что недоумок какой-нибудь. Вот надо и сделать нашего шаха таким вот человеком, у которого соображение полностью отсутствует, но как это сделать? Абруций крепко задумался, потом он задремал нечаянно, как-то так уж вышло, перенервничал от напряжения. Поэтому когда он проснулся, то был страшно удивлен. Почему-то он не у себя  во дворце, а посредине  дворцовой площади. В это время шах Барбарис-Идрис , заметив пробуждение своего наиглавнейшего визиря, тут же самолично зачитал  указ свой о немедленной его казни. За то, что ты, мой наиглавнейший визирь, посмел заснуть на своем  рабочем месте, а не у себя в спальне, я приказываю своим слугам отрубить тебе голову. Пусть все знают в назидание, что вот так, как поступил Абруций, можно проспать своё отечество, когда враги вокруг не дремлют,  и строят мне козни. От страха визирь потерял всякое соображение, и он стал молоть какую-то несуразную чушь и белиберду:

- я старший визирь, Абруций, хочу, чтобы ветер студил  мой висок.

Хочу скакать на верблюде долго, долго пока не надоест, а потом слезть и напиться кумыса. Барбарис-Идрис  сокрушённо покачал головой:

- что он несёт, какую ересь такую я слышу от моего наиглавнейшего  визиря. Совсем потерял от страха разум, ты что, Абруций , спятил ,что ли окончательно?

-  я старший визирь…

- ты не старший, ты  наиглавнейший в моём государстве, а  главный  Гераций, старший  Лукреций, старейший Копеций  и наимудрейший- Долинчак- Волчак.

Ему  почти 90,  а он управляется с делами не хуже молодого. Впрочем, это уже не так важно, ты нарушил закон и должен ответить, Абруций!

- все скажу, во всём признаюсь, мой повелитель, хотел сместить тебя  с твоей должности шаха, и сам занять твоё место, видишь теперь какой я честный. Во всех грехах признаюсь, и казну обкрадывал, в закрома свои всё складывал, у меня больше богатства, чем у тебя, Барбарис-Идрис, только прости и пощади меня, сохрани мне жизнь.

- то, что ты хотел сместить меня, за это готов тебя пожурить я легонько, за то, что утаивал от меня мои доходы, тоже не одобряю, а порицаю, но прощаю. А вот за срыв, который ты допустил сегодня, и самым наглым образом заснул, находясь при исполнении своих служебных обязанностей, нет тебе пощады, будешь завтра на рассвете казнён. Мой главный палач всё сделает красиво, аккуратно, и не больно, он большой мастер своего дела. Так, что смирись и не возникай, а другим будет наука.

- да мой повелитель! Я смиряюсь со своею судьбою, да пусть будет так, как вам будет угодно. Я всего  лишь мелкая сошка при моём великом шахе.

                          Вторая глава.

Шамаханская  царица Кудира пела песню, заливаясь  своим пением:

- я царица

Как тигрица

Буду биться

Что б упиться

Властью до конца.

Хочу стать шахиней, управлять  соседним государством, моё царство в пять раз меньше, чем  у  Барбариса-Идриса, я готова стать ему женой, только чтобы наши страны слились в одно общее, и что б оно называлось, так как я захочу.

- но дорогая моя Кудира, это очень трудно будет сделать, у вас царство, а  у него государство, разный менталитет, вы царица, а он шах. Это я вам говорю, главный писарь, Валерьян Львович  Пуделёчкин, тут такие начнутся инсинуации, что даже страшно себе представить, как изволите мне всё  это записать в летопись нашего царства?

- урежу я тебе Пуделёчкин жалованье на 25%, чтобы меньше языком своим болтал, что попало. Пуделёчкин взвился как ретивый конь, но поняв, что если он начнёт возмущаться, то его вообще могут уволить с работы, благоразумно замолчал, утихомирив свой праведный гнев. Пуделёчкин решил всё доложить  шаху, о планах царицы Кудиры. Может он меня щедро наградит, и будет мне хорошая компенсация за урезанное жалование.

- это предательство, Пуделёчкин, головы тебе не сносить, если Кудира дознается.

- откуда этот голос донёсся, ничего не понимаю, Пуделёчкин был встревожен до крайности,- кто ты? Скажи мне, не таись, дружелюбный человек!

-не человек я, а совесть твоя, понял меня?

- с чем её едят то совесть эту? Неужели она у меня есть? Пуделёчкин крайне удивился этому. Он решил не предавать  Кудиру, а проучить, но как ещё не знал и стал думать.

                       Глава третья.

Был ещё один человек, который  напряжённо обдумывал свою незавидную участь, но это был как ни странно не Абруций, а главный визирь Гераций. Он не понимал, почему он нося титул  главного визиря, таким на самом деле не является, и даже Абруций, который был наиглавнейшим визирем, таким тоже не являлся, хотя по рангу был выше, чем он –Гераций. Номером один по рангу шёл Лукреций, он был старшим визирём, а также был старейший визирь Копеций, который находился на заслуженном отдыхе, но этот -то пенсионер и мутил всю воду, заводя интриги в Арабии, ему просто было нечего делать, и он от скуки науськивал одного визиря на другого, потирая потом в укромном углу свои ручки. Чего ты хочешь мудрейший визирь Копеций? Чего ты добиваешься? Спросил  его как-то  Гераций,- зачем натравливаешь меня на Абруция, а его  на Лукреция?

- я хочу, чтобы вы все передрались между собой, друг дружку поубивали, а я остался один.  И стал после шаха вторым по значимости человеком. Гераций в задумчивости стал барабанить пальцами по столу, а потом  двинулся с визитом к Барбарису-Идрису и с порога, не назвав его наимудрейшим шахом современности, сразу начал говорить:

- слушай, Идрис- Барбарис, тут такая интрижка намечается, такая катавасия, что я тебе сейчас такое скажу, что у тебя волосы дыбом встанут… и тут он. осёкся, поняв свою грубую промашку. Кроме того, что он не наградил своего шаха  самым высоким титулом, он ещё и обращался к нему на «ты» как к равному себе  по иерархии…что-то не то я говорю, видимо устал от всей этой кутерьмы.

-  в темницу его слуги мои верные, пусть посидит три дня и две ночи на хлебе и воде! Барбарис-Идрис был взбешён таким непочтительным обращением к своей личности. И тут старший визирь Лукреций подлил масла в огонь- он назвал вас Идрис- Барбарис!

- ах, он и ещё смеётся надо мной! Три дня и три ночи на хлебе и воде! Как, Лукреций, нормальное ему наказание за это? Тот только недовольно поморщился, и выразительно провёл ребром ладони по горлу- секир башка в самый раз за крамольные  речи.

- ты так думаешь? Ах, ты мой золотой, чтобы я делал  бы без тебя, пусть будет секир-башка!

И вот Граций сидит в сырой темнице и обдумывает соё незавидное положение.

                              Глава четвёртая.

-Кудира! К вам с визитом пожаловал хан, Батыр  Кудыр из ханства  Кудай, -доложил  царице Кудире её единственный слуга и писарь по совместительству Пуделёчкин.

- какой ещё хан, не знаю такого, и знать не хочу, гони его в шею!

- но его ханство в десять раз больше нашей Шамахании!

-Что!!!?- царица Кудира была потрясена этой новостью. Она бросилась рассматривать карту, на которой  были отмечены все государства, и только сейчас разглядела ханство Кудай, название которого было написано мелким шрифтом. Она в сердцах бросила фразу:

- а слона то я и не заметила! Как раз в этот момент зашёл хан Батыр Кудыр, который был в два метра ростом, и весил не меньше 200 килограммов. Он тут же принял эти слова на свой счёт, и поскольку был обидчивым человеком, молча, развернулся, и пошёл обратно.

Царица Кудира, подняв голову, увидела только его зад внушительных размеров, и громко расхохоталась. Хан повернул голову в её сторону, его взор  пылал негодованием.

- Война!  Я направляю свою армию на ваше мизерное царство! Мы сотрём вас в порошок!

Царица Кудира не на шутку перепугалась, что-то говорила в своё оправдание, но хан её не слушал. Он уже отдал приказ о наступлении своих войск на Шамаханию. Кудира бежала спешно в Арабию, оставив не у дел своего писаря Пуделёчкина, который тут же, не теряя время, устроился  на новую работу к хану Батыру Кудыру.  Батыр Кудыр сразу же прогнал его, как  только Пуделёчкин сделал  всего одну ошибку в слове, написав,  не Батыр Кудыр на воззвании к жителям Шамахании, а Батыр Кудир. Пуделёчкин незаконно пересёк границу Арабии, и был тут же схвачен стражниками Барбарис- Идриса, и брошен в темницу.

                            Глава пятая.

Гераций, устав от долгих размышлений, направился на лежанку, чтобы немного отдохнуть, но тут кто-то зашевелился под одеялом. Сорвав одеяло с неизвестного человека, он облегченно вздохнул , тот был ему совершенно незнаком. Такого он точно не видел в своей Арабии.  Не хватало только тут ему ещё кого- то, кого бы он лично знал.

- Пуделёчкин Валерьян Львович, - представился между тем незнакомец, но Гераций не желал продолжать знакомство, он просто молчал и жевал горбушку хлеба, запивая её водой из алюминиевой кружки. В этот момент лязгнула железная дверь, и стражники ввели нового узника,- завтра на рассвете тебе отрубят голову, а пока посиди здесь, -и они  аж зашлись от грубого  смеха. Гераций продолжал свой скудный завтрак, сидя спиной к во шедшему. И тут он услышал до боли знакомый голос человека, с которым  пришлось  ему провести на службе, немало лет,- Гераций!! А ты то, что здесь  делаешь? Это был Абруций. Не повернувшись к нему, Гераций ответил,- вопрос замечательный конечно, что там говорить, но отвечать я на него не намерен, пока здесь этот мерин.

- мерин? Какой такой мерин, не возьму в толк, о чем это ты , Гераций?

-мерин, что под одеялом сейчас лежит, не наш он, не из Арабии, засланный казачок он, или  подсадная утка.

                                                      Глава шестая.

Юсуф  обрабатывал свой клочок  земли плугом, в который сам и запрягся, поскольку не было у него своей лошади. Земля не отличалась плодородностью, и совсем уже истощилась. С каждым годом урожай был всё меньше и меньше.  Юсуф понял одно;

-в этом году я точно не прокормлюсь! меня может спасти брак по расчёту. А ведь у Барбариса-Идриса дочка на выданье как раз. Можно пристроиться. Брак по расчету меня может спасти.

- меня тоже! Услышал Юсуф у себя за спиной женский голос. Это была царица Кудира, которая ударилась в бега после инцидента  с ханом Батыром Кудыром, и поневоле стала беженкой. Юсуф  резко повернулся  в сторону  этого голоса и увидел молодую особу, в богатом убранстве,- сам бог меня вам послал,- некоторое время он молчал , обдумывая, какой ей сделать комплимент, чтобы поскорее завоевать её сердце- вы цветок, красивее которого мне не довелось в жизни видеть, - наконец сподобился произнести  он. Она тут же осадила его,- если ты подкатываешь ко мне, то это совершенно напрасный труд, ты птица не моего полёта, у меня виды на Барбариса- Идриса, а вот ты, как я здесь слышала,  хочешь  жениться  на его дочке. Мы можем быть полезны друг другу. И Кудира стала посвящать его в свои планы, по мере того, как она что-то там  ему объясняла, лицо  у Юсуфа  в удивлении вытягивалось всё больше и больше.

                          Глава седьмая.

Барбарис- Идрис чаёвничал, закусывая ореховой халвой. Рядом за столом сидела его дочь Надира, которой исполнилось совсем недавно 18 лет. Он съел немаленький кусочек торта, прожевал его тщательно, а потом сообщил  дочери важную новость:

- завтра, Надира, казнят наиглавнейшего визиря Абруция, и всё, эту должность  я упраздняю, одна только морока с этими визирями, вот возьму и всех сокращу, а то, что получается: -наимудрейший раз, старший- два, главный- три, старейший- четыре. Наиглавнейшего завтра уже не будет, как гора с плеч, одной заботой меньше.  Ах да , я ещё забыл тебе сказать,  что также лишится головы  мой главный визирь Гераций, но этот только через три дня и ночи. По совету моего старшего визиря Лукреция, эту должность я тоже упраздню, а  то, что-то уж слишком много расплодилось в Арабии визирей.

- папуля ! оставь ты эту тему в покое, лучше жениха мне подыщи хорошего, чтобы гнул он гири как калачи, а я от восторга визжала, мне жуть как нравится, когда железные цепи  рвут одним движением плеча. И ещё чтобы он носил меня на руках по 4 часа в день, не меньше, иначе я не согласная. И ещё чтобы  дудел  в дудку тоже 4 часа в день.

- может, тебе циркач нужен, дочь моя Надира? Так мы тебе быстро подыщем, есть у меня на примете такой, только он дудит в трубу, а не в дудку.

-Нет, только чтобы умел дудеть в дудку, а не трубу!

- какое у тебя странное желание, но ничего, найдём тебе такого, даже не сомневайся! Всё для тебя сделаю, доченька, ведь я твой любящий отец, и всегда потакаю твоим прихотям.

                               Глава восьмая.

Абруций  подошёл  к засланцу, и напрямик его спросил, что он здесь вынюхивает, и кто его сюда подослал, - ты мешаешь мне советоваться со своим коллегой, визирем Грацием.

- я заткну уши, я закрою глаза, я пощекочу вам пяточки, я…Пуделёчкин был готов на всё, только, чтобы угодить важнейшим особам, но его резко оборвал главный визирь Граций:

- хватит, а то сейчас  меня стошнит! Иди  и забейся  в самый дальний угол, и считай вслух до ста, пока мы тут кое-что обмозгуем  с Абруцием. Тот с прытью  бросился выполнять его приказание. Граций стал высказывать мысль  коллеге по работе что , не собирается ли тот совершить отсюда побег,- терять же тебе нечего, завтра так и так казнят. А вдруг у тебя получится. А я тебе помогу, подсоблю если надо, встанешь мне на плечи, а если не достанешь до самого верха, то я встану  на плечи этому чудику. Перемахнёшь через край и только тебя видали, а там  в Шамаханию переберёшься и заживёшь счастливо. Абруций сразу загорелся этой идеей, но тут его поджидали трудности : как забраться тому на плечи, когда не был  сам он не ловким, не увёртливым, а грузным, мало поворотливым.

- эй ты! чудило, хватит  считать, сюда иди ! Но Пуделёчкин упоёно продолжал считать, ничего вокруг не слыша.

                                 Глава девятая.

 К главным воротам  дворца, приблизился  какой-то молодой человек  с очень длинными усами. Если приглядеться повнимательней , то можно было увидеть, что усы были наклеены.  Его попросили предъявить документ, удостоверяющий, что он  есть гражданин Арабии. Стражник долго изучал удостоверение личности  молодого человека.

- так, значит Юсуф  Фастих  Фернах. Печать нашего государства, это я вижу. А с какой целью ты пожаловал во дворец? Насчёт работы говоришь? На кухню пойдёшь в помощники к повару? Головой киваешь, стало быть согласен. Ну, а почему подозрительно молчишь? голос у тебя какой-то странноватый, слишком высокий. Ну, да ладно, иди на кухню, поработаешь, повкалываешь, голос и огрубеет, пищать сразу перестанешь. Стражник стал громко и надсадно смеяться,  второй  ему в этом активно помогал.

                                     Глава десятая.

 

 

Гераций находился в весьма тревожном расположении духа, он не совсем понял, какое ему грозит наказание. Барбарис- Идрис  говорил , что ему сидеть на хлебе и воде три дня, три ночи. А вот  почему  он потом шушукался со старшим визирем Лукрецием, после чего тот торжествующе смотрел на него, Герация. Что бы это значило? Между тем Абруций заставил  Пуделёчкина  встать на четвереньки, забрался кое- как ему на спину, но явно не дотягивался до верхней кромки края, за которым была свобода: слушай, Геераций встань на четвереньки этому на спину, а я встану на твою  спину. Тогда  я дотянусь до верхнего края стены, над которой потолка никакого и  не было. Ночью в ясную погоду видны были сияющие звёзды. Гераций с трудом, но взобрался  на Валерьяна Львовича, а Абруций  сначала на того, а потом встал во весь рост , находясь  уже на спине  Герация, он ухватился за край стены и заглянул за край стены. Если спрыгнуть вниз, то можно  обрести свободу. И тут Гераций завопил, что есть мочи : стража сюда!!! Совершается побег! Абруций  хочет сбежать! У того похолодело в груди от ужаса, казалось вот она свобода так близка, и вдруг такой поворот. Он лягнул что есть силы Грация, который вцепился в его ногу мёртвой хваткой, и попытался перелезть через край стены, но не удержался и с высоты рухнул вниз. Этажерка, состоящая из трёх человеческих тел, развалилась. Абруций получил сильный ушиб после своего падения с высоты, ворвавшиеся  на крик стражники,  схватили брыкающегося Грация и излупили его как следует, они решили, что Граций  покалечил Абруция. Потом уже обратили свой взор  на  стонущего Абруция, один  из   них ,более сердобольный, спросил  его: - О, достопочтимый визирь Абруций, нуждаешься

ли ты в лекаре? Тот ответил, хныча: и в лекаре, и в лазарете, и в уходе.

                                 Глава одиннадцатая.

Молодой человек по имени Юсуф застал на кухне повара за странным занятием- тот ел, вместо того, чтобы готовить пищу. Харчиша я,- представился он, при этом жуя набитым едой ртом, -у тебя с собой нет чего-нибудь вкусненького? Харч есть или нет? А ещё помощник повара называется. Вот очаг, надо развести огонь в нём, принеси дрова, в кладовой запас имеется, но потом будь любезен нарубить сам. Две вязанки дров на день хватит. Юсуф попытался поднять одну вязанку, но даже приподнять её не смог, насколько она тяжёлая была. Он сразу подал свой голос : нужен помощник ему, один он не сможет, и что  у него есть брат Юсуф, который сидит дома, нуждается в работе и в заработке.                                                                                                                -Какой Юсуф? Юсуф это ты же,  а не брат твой? Помощник повара поправился тотчас же:

-Юсуп, брат, не Юсуф! Вам послышалось, повар Харчиша, здесь  вода булькает в котлах, вот  и не расслышали малость, спутав Юсупа с Юсуфом.

- ничего я не перепутал, у меня отличный слух, и какая вода в котлах кипит, когда её там и нет. А ну- ка признавайся, что ты Юсуп, а не Юсуф. Документ у тебя на Юсуфа, зачем это подмена? Я тебя сразу раскусил. Ты не тот, кто выдаёт себя за Юсуфа, ты Юсуп!

- правда, признаюсь вам, что я не Юсуф, а Юсуп,  а Юсуф на несколько лет младше меня, а мне  как раз нужно в срочном порядке найти работу, а брат может и подождать.

-Приводи скорей брата, надо приготовить завтрак и отнести его в каземат, где томятся три узника, двоих из них скоро казнят, и тогда я смогу платить жалование тебе и брату.

- то есть как это? Вы же повар, а не казначей! – страшно удивился так называемый Юсуп.

…а … это я так пошутил, ха-ха-ха. Но повар Харчиша явно  чего-то смутился.

- что –то, мне вы не договариваете,- в задумчивости произнёс помощник повара.

- хватит  языком молоть всякую чушь, иди  и разводи огонь. Нам людей кормить надо.

- но позвольте, я не смогу дров принести на кухню, не под силу мне такая тяжесть.

- вот хиляк на мою голову взялся, так и быть, сегодня я принесу тебе дрова, но завтра без помощника не приходи.

                                            Глава двенадцатая.

Дочка  шаха Барбариса- Идриса  сидела   в палатах у себя  за столом и писала объявление,  что  объявляется конкурс  на звание жениха принцессы. Она составила второпях объявление с многочисленными ошибками, и тут же приказала наимудрейшему визирю зачитать его на дворцовой площади.  Долинчак- Волчак покачал только головой:

- ну как так можно, в каждом слове по три ошибки. И это то, что я ещё вижу, а я здесь из-за слабого зрения половину не вижу, не мог  бы ты старший визирь Лукреций зачитать объявление дочки нашего шаха.

- только из уважения к вашим преклонным годам, Долинчак- Волчак. И Лукреций лихо начал зачитывать объявление : от имени  принцессы Надиры я старшой визирь Лукреций…и тут он осёкся, поняв, что совершил не простительную ошибку, когда произнёс слово старшой, а не старший. Продолжив  чтение объявления, Лукреций стал лелеять маленькую надежду, что никто не заметил его маленькой оплошности. В толпе людей он увидел злорадствующего старейшего визиря Копеция, и понял , что ему пришёл копец. Дело в том, что по закону за малейшую оплошность при чтении указов, законов, объявлений, воззваний, полагалось немедленное увольнение визиря, независимо от ранга без выходного пособия  и лишения его пенсии, наград, почестей и привилегий. Копеций немедленно доложил Барбарису-Идрису об этом маленьком инциденте. И Лукреций тут же был уволен. Получив  бумагу с печатью о своем увольнении, Лукреций горько зарыдал, кляня себя последними словами: чёрт меня дёрнул ляпнуть «старшой», когда первая истерика прошла, он сел  прямо на площади, положив свой головной убор на камни, которыми была вымощена площадь. Ему оставалось теперь только побираться,  законом это не воспрещалось. Он был человек дела, и не думал впадать в депрессию.

                                       Глава тринадцатая.

-Старший повар Харчиша, когда я смогу увидеть нашего  великого шаха Барбариса-Идриса?- утром на другой день спросил  Юсуп, помощник повара, как только пришёл.

- увидишь скоро, обещаю, что обомлеешь от радости, так ты привёл Юсуфа, брата  или нет? Почему я его не вижу? Сегодня будете всё делать сами, - приказал он, заметив  Юсуфа за спиной Юсупа. А сейчас отнеси еду в темницу, покормить узников пора. Вот три плошки , в каждой по три ложки каши и три кувшина, в каждом по три пинты пива, и смотри не разбей посуду, осторожно всё понесёшь на подносе.

-это Юсуф, братец  мой  елейный, познакомьтесь, -стал знакомить повара Юсуп. Но тот только отмахнулся: - сейчас мне некогда разбираться, кто из вас Юсуф, кто не Юсуф, а кто Юсуп, потом, всё потом. Чёрт ногу сломит, пока тут разберёшься. Дела  нас ждут, дела. Куча дел и делишек, только вышел бы излишек.

- о чём это вы старший повар, Харчиша? –спросил его Юсуп туповато осклабившись.

- так о своём, не обращай внимание. Бери поднос и неси. И будь осторожен, Юсуп. Погоди, а чего это усы свои придерживаешь рукою, оставь их в покое, и неси поднос обеими руками, чтобы не дай бог его опрокинуть. Он не знал и не догадывался даже, что так называемый Юсуп не кто иной как царица Кудира,  а его «брат» Юсуф и был Юсуфом, тем самым, кто желал жениться на принцессе Надире. Кудира наклеила себе усы и воспользовавшись документами Юсуфа, выдавала себя за него Постояв немного у огня, она  к своему ужасу обнаружила, что усы отклеились, потому что возле огня клей пересох.

Стражник открыл ей дверь в тюрьму, позволив помощнику повара «Юсупу» зайти в темницу. Подраненные Гераций и Абруций, стонали, никто лазаретом их не обеспечил.

Приходилось рассчитывать только на собственные силы , и на помощь услужливого  Пуделёчкина. Он как раз смачивал в тазике с водой тряпку, чтобы приложить её на синяки обоих визирей, когда вошел «Юсуп» со своим подносом на голове, одной рукой он поддерживал поднос, чтобы тот не грохнулся на пол, а  другой –усы, чтобы те не упали вниз. Помощник повара разложил еду на троих, стал расставлять кувшины, когда к нему повернулся Пуделёчкин , чтобы поблагодарить за угощение. Он изумленно уставился на «Юсупа», который  обронил от неожиданности свои усы, и они медленно спланировали прямо в миску с кашей. Пуделёчкин с удивлением всплеснул руками, поразившись :

-Кудира!! Лопни мои глаза, если это не она! Но как ты здесь? Что за маскарад?

-Баба? Заинтересованно спросил Абруций, который, сразу же, перестав стонать и охать, ухватился за это обстоятельство, и как утопающий хватается за соломинку, он интуитивно почувствовал, что может избежать казни, если сдаст её с потрохами  Барбарису-Идрису.

- Пуделёчкин, ну ты  и жук, можешь немедленно заткнуться, -набросилась на него со злостью Кудира.

                         Глава четырнадцатая.

- сейчас  на кухню пожалует сам Барбарис-Идрис, снимать пробу со сваренного сегодня борща, и если ему не понравится, то…- тут  повар Харчиша сделал  многозначительную паузу. Но мне надо срочно уйти по одному очень важному делу, я должен про дегустировать вина , которые вчера завезли к нам на продовольственный склад. Так что вам, тебе Юсуф и твоему братцу Юсупу, когда он вернётся из тюрьмы, принимать придётся без меня шаха здесь. Постарайтесь, чтобы он остался доволен вами и блюдами на сегодня. С ним должна придти его дочь Надира, которая тоже будет снимать пробу.

- меня уволят? –спросил  Юсуф Харчиша, когда тот стал уходить из кухни.

- почему ты так решил? –удивился  шеф-повар, задержавшись в дверях на минутку.

-но вы сами сказали, что если ему, Барбарису-Идрису не понравятся кушанья, то…

- то тебе , и брату тоже, отрубят головы, и Харчиша стал громоподобно хохотать, повергая Юсуфа в тихий ужас. Он испугался казни не на шутку, и сильно пожалел, что ввязался в эту авантюру с женитьбой по расчёту, тут бы ноги унести целыми, не то, что голову. Он уже хотел по-тихому дать дёру, когда на пороге появилась Кудира. Она была явно не в духе: прокол вышел, Юсуф, меня мой писарь опознал, может настучать Барбарису-Идрису. Тот начнёт допытываться, к чему мол этот маскарад с переодеванием, трали –вали и пиши губерния потом письма. Юсуф только посмеялся над её страхами:

- Кудира, эта такая мелочь по сравнению с тем, что нас ждёт, если ему не понравится еда, которую мы сегодня приготовили. Кстати, он должен с минуту на минуту придти сюда, чтобы снять пробу с кушаний, причём, не один придёт, а вместе, со своею дочкой Надирой.

-Сам Барбарис-Идрис пожалует, ну теперь мне нет резона скрывать кто я на самом деле, никакой не Юсуп, тем более не Юсуф, пусть он полюбуется на мою красоту.

- Кудира, ты забываешься, кажется, ведь  ты представительница другого государства, у тебя нет документа, который удостоверяет твою личность, нет доказательства, что  ты являешься гражданкой Арабии. Кудира тут же возмутилась, сердито шипя на своего сообщника, ей особенно не понравилось, что он три раза сказал ей «ты» за одну минуту:

-Как это нет, а твой паспорт, я есть Юсуф, а  ты как раз никто, в лучшем случае выдуманный Юсуп, которого в природе нет, и она надсадно захохотала. Тот в долгу не остался, ответив в таком же раздражённом тоне, какой был у царицы Кудиры:

- любезная моя , Кудира,  какой из тебя Юсуф, когда ты женщина, тебе за подлог ещё наказание полагается, за тот обман, что моим паспортом прикрываешься. Где твоя обещанная помощь, что ты меня познакомишь с Надирой, дочерью шаха Арабии? Дверь в кухню открылась, и стражник объявил  торжественно : шах Арабии, Барбарис – Идрис.

                                    Глава пятнадцатая

Ворвался  маленький шустрый человечек, настоящий карлик в парике, стал быстро ходить по кухне, и приподнимать крышки с кастрюль, вдыхая аромат содержимого, сопровождая свои манипуляции репликами – недурственно  пахнет, вроде съедобно, надо снять пробу. Этот карлик занимал при дворе неплохую должность, он снимал пробы с пищи, которую готовили на кухне. После чего пробу снимал сам шах. Юсуф и Кудира изумленно смотрели на человечка, приняв его за шаха. Но вот появился и сам шах Барбарис-Идрис. Из уст  Кудиры вырвался возглас удивления, она увидела не шаха, а повара Харчишу, но если  шеф-повар был лысый как бильярдный шар, то голову шаха украшал шикарный парик. И одет он был  в роскошный костюм, как и подобает шаху. Рядом с ним вертелась какая-то капризная девчонка. Это и была его дочь Надира. По её порывистым движеньям ей трудно было дать 18 лет, казалось, что ей лет 14, от силы15. Юсуф, напротив, выглядел старше своих лет. Ему  стукнуло недавно 20, а выглядел он  на 28-30. Тяжелый физический труд состарил его, работа  на клочке земли за выживание была на износ, поэтому  Юсуф  быстро возмужал, заматерел и выглядел не парнем, а зрелым мужчиной Он   смотрел на девчонку в больших сомнениях, захочет ли она вообще знакомиться с ним, хотя по годам разница была всего-то ничего. И тут Кудира подала свой голос:

-О мой  повелитель, великий шах Барбарис-Идрис, разрешите вам представиться, я Кудира, шамаханская царица, и большая поклонница вашего таланта.

-царица? Но собственно как вы здесь оказались, в моей Арабии, когда мышка сюда даже не проскочит, не то что царица. У меня строжайшая в мире пропускная система. Куда смотрит стража? Схватиь её и заточить в каземат, пусть посидит месяц, другой в тюрьме. Я не позволю безнаказанно нарушать границы моего государства. Безобразие!!! А ты куда смотрел, Юсуп , или как тебя там, Юсуф, что ли, вот бестолковщина! Юсуп как ты глуп!

- я прошу прощения у вашего величества, Юсуф я, но откуда вы меня знаете? И потом, осмнелюсь сказать вам, что вы так похожи на повара Харчишу, что я теряюсь в догадках.

- я это, я и есть, повар Харчиша.

- позвольте, но кто тогда шах, где наш шах Барбарис-Идрис?

- я  Барбарис, но только в парике и камзоле. Не хватает у меня средств, чтобы платить большие жалования нашим визирям, вот я  подрабатываю, временно конечно, шеф-поваром. И тут снова напомнила о себе шамаханская царица, которая выразила своё неудовольствие по поводу заключения её под стражу: меня за руки хватают грубые мужланы, куда они меня повели, о мой повелитель? Я поклонница вашего таланта!

- нет у меня никакого таланта, коварная царица, и не было. Ты незаконно пересекла мои границы, должна ответить по всей строгости закона. Посиди полгодика в тюрьме, осознай

свои противозаконные действия, подумай одним словом, а я умываю руки, вот так-то.

- умываете руки? То есть бросаете меня на произвол  судьбы, я возмущена до крайности!

- я умываю руки, потому что сейчас буду обедать. Сытный обед мне не повредит, я правильно говорю, дочь моя любимая, Надира? Но та уже сидела за столом, и молчала,  потому что была занята поглощением  обеда. Она просто не смогла ответить отцу, потому, что  рот её был набит всякими вкусностями.

                     Глав шестнадцатая.

Оставим на некоторое время наших главных персонажей, и вернёмся к бывшему старшему визирю Лукрецию, который потеряв хлебное место на службе, однако быстро сориентировался, и нашёл себе новое  занятие, он сидел на паперти и просил  милостыню,

Монеты ему бросали, но не так часто как ему хотелось, а в самый полдень, когда Лукреций хотел  уже свернуть на час свою деятельность, чтобы пойти пообедать в ближайшую харчевню, как вдруг он заметил ,как к нему подошёл какой-то человек, судя по тени, которая упала на него, и бросил  в его картуз монету, достоинством в одну динару. Лукреций  хотел, было, его поблагодарить, но ему было стыдно поднять глаза, и он продолжал неподвижно сидеть, едва кивнув головой в знак благодарности. Но тут он услышал ехидный смешок, который исходил от не прошенного щедрого благодетеля. Быстро подняв голову, Лукреций увидел старейшего визиря Копеция. Это был именно тот человек, из-за которого Лукреций потерял  свою высокую должность. Он, не помня себя,  бросился на доносчика и стал его душить, награждая того «пышными» эпитетами. Подоспевшие стражники скрутили обоих и доставили их во дворец к шаху. Барбарис- Идрис отправил их незамедлительно в сырую темницу, где сидели двое других визирей-Абруций и Граций. Четверо из пяти оказались в одной общей камере. Вся тяжесть работы легла на плечи наимудрейшего –Долинчака-Волчака. Этот долгожитель держался молодцом и справлялся неплохо со своими обязанностями. Спрашивается, а зачем шаху четыре дармоеда, когда и один может работать за всех. И расходов меньше на выплаты, и казна его не пустеет. Барбарис всех уволил, а их должности упразднил. При этом он закатил пир горой, и сказал, что готов уже назвать жениха своей дочери. Новость быстро дошла  и до наимудрейшего визиря Долинчака- Волчака. Ему сообщили ( какой-то неизвестный «доброжелатель», что всех визирей уволили, а должности их упразднили ради экономии бюджета.  Он так этому огорчился, что тут же присел  и внезапно предстал перед аллахом, смотря остекленевшими глазами в небо. Между тем Барбарис закатил пирушку  по поводу объявления  официального звания жениха своей любимой дочурки Надиры, которая даже и не подозревала, кто это может быть. Юсуф решил обратить её внимание на себя, и встав из-за стола обратился к шаху, от волненья перепутав его имя:

- О всемогущий шамахан Кипарис  Кудрис Идрисии , не вели казнить, дозволь речь произнести! Шах принял  уже пару бокалов вина, находясь в добром расположении духа.

- дозволяю, говори Юсуф. О чём  же ты мне хотел  сказать? Что тебя так сильно взволновало, юный отрок, что ты меня шамаханом окрестил  и моё имя  с ног на голову перевернул. Какая тебе здесь Идрисия, когда она всегда Арабией была,- и Барбарис стал долго и безудержно хохотать. Дождавшись, когда смех прекратился, Юсуф продолжил:

-я хотел протоптать тропочку к сердцу вашей дочери, но она даже не смотрит в мою сторону. В чём тут дело сразу не поймёшь, но я крепко подумаю, обещаю, мой повелитель

- ты старый мужлан! У тебя носогубные складки и ты не в моём вкусе, -ответила Надира.

-тогда позвольте вам предложить кандидатуру  на звание жениха принцессы моего соседа Юсупа. Он юн, горяч, пылок, мечтает о светлой любви и категорически против, в отличии от меня, браков по расчёту. Трудится на своём клочке земли от зари до зари, чтобы как-то свести концы с концами. Это всё, что я вам хотел сказать, дорогие граждане Арабии.

- а сколько ему лет?- поинтересовалась Надира у Юсуфа.

-ему 18,  о, моя , несравненная Надира! Он на целых 2 года младше меня. Совсем ещё юнец. Он часто мне говорит, что в душе его давно пророс нежный цветок. 

 - меня сейчас стошнит,- произнесла  Надира и принялась за солидный кусок индейки.

- а сейчас  я объявлю вам имя жениха моей принцессы Надиры,- Барбарис- Идрис был явно навеселе,- это  наш вездесущий, всё успевающий, не унывающий Долинчак-Волчак.

-Что!!! –Надира явно была в шоке,- Ты что такое городишь папуля, зачем мне это древний старик?  Я категорически возражаю, не бывать этому никогда, это я тебе говорю, Надира.

-Позвольте сообщить вам новость,- обратился к Барбарису-Идрису слуга, накладывая в тарелки кушанья,- только что ушёл от нас Долинчак-Волчак, он уже там, и слуга поднял глаза к небесам. Барбарис не сразу его понял и стал выражать неудовольствие:

-куда это он ушёл, по какому такому праву, кто разрешил?

- Аллах разрешил, на то его воля. Покинув этот бренный  мир. Долинчак-Волчак, найдёт упокоение на небесах.

                                       Глава семнадцатая.

Упоённый  всеобщим вниманием к своей персоне, чувствуя, что он затмил своей славой славу царицы Кудиры, которая  как бы ушла в тень, Юсуф продолжил свою политику- тянуть одеяло на себя. Он опять встал из-за стола и обратился к гостям, сидевшим за столом: дорогие гости, я хочу сказать одну немаловажную вещь, что я не очень положительный герой этой сказки, а если говорить про царицу Кудиру, то она ещё хуже меня. Это такая змея, скажу я вам, впрочем, речь сейчас не о ней. Речь о другом человеке.

Он то и есть правильный, очень положительный во всех отношениях  герой. Это мой сосед Юсуп. Как он сам про себя говорит, что он светлый лучик в тёмном царстве.

- меня сейчас стошнит,- сказала Надира и принялась за большой кусок торта.

-вот что я предлагаю, Надира пойдёт к нему наниматься на работу, одев на себя, всякие лохмотья. Так, мы проверив моего соседа на чувства, если ему она понравится, он возьмёт её к себе. Он же не будет знать, что она принцесса. А если она ему будет не по душе, он даст ей отворот поворот. Я правильно говорю, гости дорогие!?

- правильно, Юсуф! Так и поступим, Надира, надеюсь, что на этот раз ты не будешь возражать?-  спросил дочь её любящий отец.

- меня сейчас…

-стошнит?- спросил Барбарис,- так возьми леденец, и он подал её огромного сахарного петушка, но она отказалась и принялась за холодец. Вскоре все гости основательно подкрепившись  восточными угощениями, направились к чертовски положительному герою сказки Юсупу. Путь к нему указывал его сосед Юсуф. Для убедительности Надире вымазали лицо сажей. Юсуп мотыгой обрабатывал свой клочок земли. Солнце нещадно палило, время шло к полудню. Надира обратилась к нему с просьбой дать ей напиться воды, все остальные многочисленные гости укрылись неподалеку в тени деревьев.

Юсуп прервал  свою работу, вытирая пот со лба и сразу выложил Надире сенсационную новость, сообщив ей, что он светлый лучик в этом царстве:

- О, чумазая, неряшливая незнакомка! А знаешь ли ты, что  я не кто-нибудь там, а светлый луч в тёмном царстве.

-меня сейчас вырвет, -не выдержала Надира, это что  за чудик на мою голову выискался, заладил одну и ту же шарманку, лучик он видите ли светлый.

- я тоже  долго терпел эти наглые его заявления  о царстве. Шахство, но никак не царство,-Барбарис-Идрис не скрываясь,  подошёл к участку Юсупа. Его заинтересовала мотыга, которую держал в одной руке Юсуп. На ней крупно выделялись три буквы:Ю, Б, И.

- сын!!! мой пропавший сыночек, Юсупчик, как долго я тебя искал!

-белены что ли объелся, что ты несёшь отец?- возмутилась Надира.

- крест несу дочь моя, тяжкий крест. Твоя мать родила  двойню, и отдала аллаху свою душу. Нашлась кормилица такая -Земфира, которая  выкормила вас обоих в младенчестве, но потом прихватив сыночка моего, Юсупа, скрылась в неизвестном направлении. И вот я случайно обнаружил его здесь, узнав по этим инициалам, которые сам нанёс на эту мотыгу и подарил её Земфире. А где сама Земфира, сыночек мой родной?

- я ничего про это не знаю, -ответил ему Юсуп. Я сам в пятилетнем возрасте был брошен какой-то женщиной, которую совсем не помню. Вот так и рос один, сам себя кормил как мог. Барбарис только сокрушённо качал головой. Ему было очень жаль сына.

- но где? где  эта плутовка, Земфира?- спросил он, закипая праведным гневом . Впрочем, эта уже другая совсем история из другой сказки.

 

 



Нравится


Прочитать предыдущую сказку "Сказка про двух визирей, арабского скакуна Абрека и красавицу Гульнару."

Понравилась сказка? Подпишись на новые сказки


Добавить комментарий

Имя

E-mail

Комментарий

Контрольный вопрос:
Сколько будет: 5*3-5

Гомзяков Евгений

Напиши самую интересную сказку
Стань популярным сказочником
Войти
Логин:
Пароль:




 
ГлавнаяСказки наших читателейКонкурсыБиографии сказочниковСтатьи
© 2009 - Энциклопедия великих сказочников мира
связаться с нами